Почему добыча нефти в россии сократилась
Invest82.ru

Институт финансов

Почему добыча нефти в россии сократилась

Россия возьмет на себя самую большую долю снижения добычи нефти от уровня марта

Россия и Саудовская Аравия, лидеры группы стран ОПЕК+, договариваются о беспрецедентном сокращении добычи в размере 10% мирового производства нефти. Cтраны ОПЕК+, видимо, сократят добычу на 22% каждая, что позволит снизить ее в целом на 10 млн баррелей в сутки. Для России и Саудовской Аравии это означает потерю примерно по 2,4 млн баррелей в сутки. (После выхода заметки источник “Ъ”, знакомый с ситуацией, пояснил, что для России сокращение составит разницу между текущим уровнем добычи в 10,3 млн б/с и целевым в 8,5 млн б/с, то есть 1,8 млн б/с). Формально цифры одинаковы, однако для Москвы это реальное падение добычи, тогда как для Эр-Рияда она лишь немногим снизится к уровню марта. США, крупнейший производитель нефти в мире, в сделке не участвует, ограничившись «естественным» уменьшением добычи. При этом рынок не оценил предпринятых дипломатических усилий — цена нефти опять перешла к снижению.

Страны ОПЕК+ близки к соглашению о крупнейшем в истории сокращении добычи нефти. На момент сдачи номера о сделке еще не было официально объявлено, источники агентств говорили, в частности, о несогласии Мексики и ее отказе участвовать. Но основные параметры сделки официально раскрыл министр энергетики Ирана Бижан Зангане.

По его словам, обсуждается сокращение добычи на 10 млн баррелей в сутки (б/с) — это 10% всей добычи в мире — на период с мая по июнь.

Таким образом, новая сделка надолго определит ситуацию на рынке и призвана не только смягчить эффект от резкого падения спроса из-за карантинных мероприятий, но и сократить огромные запасы нефти в хранилищах.

Наибольший реальный объем сокращения возьмет на себя Москва. По словам собеседников “Ъ”, знакомых с ходом переговоров, Россия и Саудовская Аравия пришли к компромиссу, по которому обе страны будут отсчитывать свою квоту 22% от объема добычи 11 млн б/с. Таким образом, целевой объем добычи для обеих стран составит 8,5 млн б/с. Сейчас реальная добыча нефти в России (с конденсатом) — 11,3 млн б/с, без конденсата — 10,3 млн б/с. Страны ОПЕК традиционно не учитывают конденсат в своей добыче. Саудовская Аравия сейчас добывает на максимуме своих возможностей — более 12 млн б/с, однако еще в марте в рамках предыдущих договоренностей ОПЕК+ добыча в стране составляла примерно 9,8 млн б/с. Таким образом, сокращение добычи Саудовской Аравией по сравнению с уровнем марта будет незначительным. Для России же оно составит разницу между текущим уровнем добычи без конденсата (10,3 млн б/с) и целевым уровнем, то есть 1,8 млн б/с.

Почему Россия готова сокращать добычу вместе с США

США, крупнейший производитель нефти в мире, судя по всему, останутся в стороне от сделки. Во всяком случае, министр энергетики страны Дэн Бруйетт заявил 9 апреля, что у нее нет механизмов для скоординированного сокращения добычи, которая будет снижаться в любом случае под давлением низких цен и в 2020 году упадет на 1,7 млн б/с. В интервью Bloomberg он уточнил, что знает о переговорах стран ОПЕК «только из открытых источников». По данным Bloomberg и Reuters, которые подтвердили собеседники “Ъ”, 10 апреля на встрече министров энергетики стран G20 представители ОПЕК+ будут добиваться от других государств деклараций о сокращении добычи на 5 млн б/с.

Такой подход, хотя и выглядит обоснованным, прямо противоречит прежней жесткой официальной позиции Москвы, согласно которой Россия готова снижать добычу только в случае участия США.

Между тем эффективность новых беспрецедентных мер для стабилизации рынка отнюдь не очевидна. По оценкам министра энергетики РФ Александра Новака, спрос на нефть снизился на 10–15 млн б/с, а в ближайшее время может упасть еще больше. Глава МЭА Фатих Бироль оценивал избыток нефти на рынке в 25 млн б/с. Аналитики Goldman Sachs в своей записке 9 апреля также сочли, что сокращения на 10 млн б/с будет недостаточно и потребуется как минимум еще 4 млн б/с, в основном от Саудовской Аравии. В то же время глава Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев заявил, что без сделки цены на нефть могли бы упасть ниже $10 за баррель.

Юрий Барсуков о том, что происходит на рынке нефти

«По сути, России первый раз придется по-настоящему сокращать добычу — с 2016 по 2019 год мы ее даже немного нарастили»,— говорит Дмитрий Маринченко из Fitch. По его мнению, технически на это потребуется не менее двух недель. «Эффект будет — даже если мы в итоге увидим падение цен, ясно, что без сделки ситуация была бы еще хуже. Если цены на физическом рынке закрепятся на уровне $30–40 за баррель, это уже было бы большой победой, учитывая обвал спроса»,— поясняет аналитик. Сейчас Brent на физическом рынке торгуется с огромным дисконтом к ближайшему майскому фьючерсу на уровне около $23 за баррель. Фьючерс же по мере появления деталей сделки ОПЕК+ дешевеет на 3%, до $31,8.

«Проще всего будет компаниям с диверсифицированной базой активов, таким как “Роснефть” или ЛУКОЙЛ: они смогут выбирать, за счет каких именно месторождений сокращать,— говорит Дмитрий Маринченко.— Сложнее всего придется компаниям со старыми выработанными активами, таким как “Татнефть” и “Русснефть”, так как для того, чтобы потом выйти на первоначальный уровень добычи, им, возможно, придется проводить капитальный ремонт скважин». По мнению аналитика, восстановление добычи в целом по России до первоначального уровня может занять несколько месяцев.

Юрий Барсуков, Дмитрий Козлов

Недобытое непосильным трудом

Что представляют собой участники и антагонисты ОПЕК+

Экономисты оценили выгоды и потери для России от сокращения нефтедобычи

Несмотря на то что ряд западных комментаторов расценили сделку ОПЕК+ о сокращении нефтедобычи как поражение России в ценовой войне с Саудовской Аравией, сокращение, вероятно, окажется выигрышным для России — по крайней мере с точки зрения госбюджета, полагают экономисты, опрошенные РБК. Но произойдет это, только если цена российской нефти поднимется с очень низких уровней, на которых она находилась во второй половине марта.

Россия согласилась урезать свою нефтедобычу на 2,5 млн барр. в день (наряду с Саудовской Аравией это крупнейшее абсолютное сокращение), до 8,5 млн барр. в день. Это будет самый низкий уровень добычи нефти в России с 2004 года. С июля 2020 года российская добыча, по согласованному графику, восстановится до 9 млн барр. в день, с 2021 года — до 9,5 млн барр.

Столь резкое сокращение — на 23% — поднимает вопрос о том, не потеряет ли Россия еще больше экспортной выручки от продажи нефти и нефтегазовых доходов бюджета, если цена нефти поднимется в результате сделки недостаточно, чтобы компенсировать снижение объемов.

В воскресенье, 12 апреля, страны ОПЕК+ объявили об окончательных договоренностях по сокращению добычи: к минус 9,7 млн барр. в день от 23 стран группы ОПЕК+, вероятно, добавятся еще около 10 млн барр. в день от G20 (прежде всего за счет естественной убыли добычи в США и Канаде), добровольно от Саудовской Аравии, Кувейта и ОАЭ и, наконец, от Международного энергетического агентства (МЭА), которое, по данным источников Energy Intelligence, намерено начать закупки нефти в резерв и тем самым довести эффективный уровень сокращений до 20 млн барр. в день.

Аналитики S&P Global Platts предупредили, что объявленных сокращений может оказаться недостаточно для балансировки нефтяного рынка, где спрос сейчас ниже предложения на 20–25 млн барр. в день. Июньские фьючерсы на нефть Brent в пятницу, 10 апреля, закрылись на отметке $31,8 за баррель, а в понедельник, 13 апреля, торгуются вблизи $32. Российская Urals на физическом рынке торгуется намного дешевле — немногим выше $20.

Доходы выиграют даже при росте цены нефти на $3

Нефтегазовые доходы федерального бюджета зависят от котировок Urals, курса доллара к рублю, объемов добычи нефти и газа и объемов экспорта нефти, газа и нефтепродуктов. Если Urals подорожает в результате сокращения добычи хотя бы на $2,5–3, нефтегазовые доходы в 2020 году в рублевом выражении вырастут относительно сценария без сокращения, сказал РБК заместитель директора группы суверенных рейтингов и макроэкономического анализа АКРА Дмитрий Куликов. По его расчетам, основанным на изменениях экспортной выручки, объемов добычи, курса рубля и поступлений по НДПИ и вывозным пошлинам, чистый выигрыш для нефтегазовых доходов достигнет 1,1–1,3 трлн руб. в том случае, если среднегодовая цена Urals поднимется до $35 за баррель. В конце прошлой недели партии Urals продавались за $19–20 за баррель (Средиземноморье/Северо-Западная Европа), сообщает Argus.

В случае роста нефтегазовых поступлений относительно сценария без сокращения добычи расходование Фонда национального благосостояния (ФНБ), которое оценивалось в этом году примерно в 1,5 трлн руб., может сократиться до нескольких сотен миллиардов рублей, следует из оценок Куликова, хотя покрывать нефтегазовый дефицит из ФНБ все равно придется (цена нефти Urals все еще будет ниже $42,4, заложенных в бюджет в этом году).

Читать еще:  Какой город изображён на 5000 купюре

Но цена российской нефти может и не вырасти до $30–35: аналитики Energy Intelligence не ожидают, что котировки Brent поднимутся устойчиво выше $40 в ближайшие месяцы, поскольку уровень запасов в хранилищах стремительно нарастает, а российская Urals в последний месяц торговалась со скидкой в $10–15 к биржевым котировкам Brent.

Для бюджета важны два параметра — удаленность среднемесячной цены Urals от $15 за баррель (от этого зависит размер НДПИ с тонны нефти) и объем валютной выручки от экспорта нефти и нефтепродуктов, объясняет директор группы корпоративных рейтингов НКР Александр Шураков. При прочих равных условиях, если объявленное сокращение добычи на 23% приведет к росту цены Urals примерно на 30% (при таких параметрах стоимостный экспорт нефти и нефтепродуктов не изменится), бюджет все равно выиграет от роста НДПИ — сборы этого налога с совокупного сокращенного объема нефтедобычи увеличатся в 1,7 раза по сравнению со сборами при среднемесячной цене Urals на уровне $20 за баррель, подсчитал Шураков. Рост цены на 30% будет означать рост до $26 за баррель.

Рубль укрепится, но выгоднее его ослабление

При росте цены на нефть рубль может укрепиться, но рациональным было бы, наоборот, его ослабление, добавляет Шураков. Остановка отдельных секторов из-за пандемии потребует увеличения номинальных рублевых расходов бюджета, а это проще делать в условиях слабого рубля. Даже если цены Urals увеличатся до $35–40, вполне рациональным было бы ослабление рубля до 79–80 за доллар, рассуждает аналитик, так как при таких соотношениях рублевая цена Urals составит порядка 2800 руб. за баррель — существенно ниже, чем в предыдущие два года (4200 руб. за баррель). По состоянию на понедельник, 13 апреля, рубль торгуется на отметке 73,4 руб. за доллар, укрепившись примерно на 10% по сравнению с локальным минимумом 18 марта (82 руб. за доллар).

Нет смысла сравнивать положение вещей после сделки со сценариями отсутствия сокращения добычи, уверен младший директор по корпоративным рейтингам «Эксперт РА» Филипп Мурадян. «Сейчас имеется чудовищный избыток нефти, порядка 25 млн барр. в день, — говорит он. — Я бы расценивал соглашение ОПЕК+ и участие в нем России как вынужденную меру, то есть оно при любых ценах экономически оправданно». Без сокращения добычи нефть в ближайшие месяцы попросту будет негде хранить, говорит Мурадян.

Общие расходы федерального бюджета зависят от базовых нефтегазовых доходов — доходов, рассчитанных при цене нефти $42,4 за баррель в этом году, напоминает управляющий директор УК «Агидель» Виктор Тунев. Недобор фактических доходов до базовых компенсируется из ФНБ.

«Сокращение добычи Россией не сильно повлияет на базовые доходы бюджета, которые можно потратить с учетом бюджетного правила. Снижение базового объема [в результате сокращения нефтедобычи] компенсируется более слабым курсом рубля по сравнению с параметрами, заложенными в закон о бюджете», — говорит Тунев.

Логика сокращения точно не связана с бюджетом, уверяет он. «Мы бы и так сократили добычу, потому что покупателей на нее все меньше и меньше. Смысл сокращения для всех участников в снижении волатильности нефтяных цен и балансировке рынка по объемам, чтобы цена нефти не упала еще сильнее, когда переполнятся мощности для хранения», — объясняет Тунев.

ВВП пострадает от сокращения добычи

Старший экономист Oxford Economics Евгения Слепцова сравнила два условных сценария — отсутствие ограничений по добыче при нефти, падающей до $25, и сокращение добычи в России до 8,5–9 млн барр. в день в 2020 году при росте цены до $32–36. Согласно расчетам по модели Oxford Economics, получается, что в первом случае ВВП России упал бы на 0,6% в 2020 году (только за счет нефтяного сектора, без учета эффектов карантинов, связанных с коронавирусом), а во втором он падает почти на 2%.

«В реальности Россия оказалась в ситуации гораздо меньшего объема нефтедобычи и пока все еще низких цен на нефть», — говорит Слепцова. При таком двойном шоке (глубокое сокращение добычи при сохранении относительно низких цен на нефть) российской экономике будет нанесен урон по всем каналам (потребление, инвестиции, экспорт), но сильнее всего — через инвестиции и физический экспорт. В частности, экспорт в реальном выражении упадет в 2020 году примерно на 7% только за счет фактора нефтяного шока, в то время как в сценарии без сокращений он остается примерно на уровне 2019 года, оценила Слепцова. Но она подчеркивает, что два выбранных сценария носят иллюстративный характер (в идеале необходима матрица сценариев в зависимости от цен на нефть).

Экономист Nordea Bank Татьяна Евдокимова считает, что реальный экспорт России упадет еще сильнее с учетом рецессии в мировой экономике и сокращений нефтедобычи. «С текущими условиями сделки ОПЕК+ я ожидаю падения экспорта на 10% в реальном выражении (не в стоимостном). Это во многом следствие и того, что для мировой экономики кризис сейчас глубже, чем в 2009 году. Тогда российский экспорт в реальном выражении падал на 4,7%», — сказала она РБК.

России в силу технологических особенностей будет сложно сократить добычу в том объеме, в котором она обязалась, но если она все-таки выполнит обязательства целиком, добыча в 2020 году сократится на 12,5%, написал в своем Telegram-канале директор аналитического департамента «Локо-Инвест» Кирилл Тремасов.

«Очевидно, что провал, сопоставимый с добычей нефти, ждет и нефтепереработку. Это неизбежно приведет к сокращению рабочих мест и обвальному падению инвестиций в отрасли», — пессимистичен он. По его оценкам, только прямой эффект от сокращения добычи нефти и газа приведет к сокращению ВВП на 1,2%, «с учетом вторичных эффектов эти цифры можно смело умножать на два».

Почему рекордное сокращение добычи не привело к росту цен на нефть и курса рубля

Ведущие экспортеры нефти, в том числе Россия , договорились сократить добычу нефти на невиданные 10 миллионов баррелей в сутки. Таким образом, сделка ОПЕК+, развалившаяся месяц назад, получила второе дыхание. Решение принималось, чтобы поддержать цены на нефть на приемлемом уровне. Пока сделать это, скорее, не получилось. «Комсомолка» разбиралась, почему историческое решение не привело к ожидавшемуся эффекту и что с того простым россиянам.

О ЧЕМ ДОГОВОРИЛИСЬ

Участники сделки сократят добычу на 10 миллионов баррелей в сутки. В том числе:

Россия – на 2,5 млн

Саудовская Аравия – на 2,5 млн

Кувейт – 0,64 млн

Казахстан – 0,4 млн

Нигерия – 0,4 млн.

Такие ограничения будут действовать с 1 мая по 30 июня. Потом добычу сократят еще на 8 млн баррелей в сутки, а полгода спустя – еще на 6 млн. В итоге нефти в мире должно стать на 24 млн баррелей в сутки меньше.

Уже первая часть – 10 млн – это порядка 10% от мирового потребления черного золота до коронавируса. И это крупнейшее сокращение в истории нефтяного картеля.

Участники сделки ОПЕК+ сократят добычу на 10 миллионов баррелей в сутки Фото: REUTERS

НЕФТЬ ПОДОРОЖАЛА?

Не то чтобы. Биржевой курс марки Brent с начала апреля держится выше 30 долларов за баррель. На ожиданиях от переговоров ОПЕК+ котировки подскочили, но скоро опустились снова. По крайней мере пока «черное золото» даже близко не отыграло падение начала марта, случившееся из-за распада предыдущей сделки ОПЕК+. Накануне тех злосчастных переговоров за баррель Brent давали больше 50 долларов.

Важно отметить, что к сделке не присоединились Мексика и США . Но если без 400 тысяч баррелей в сутки от первых мировому рынку, откровенно говоря, ни жарко, ни холодно, то Штаты – один из крупнейших производителей на планете.

– У американцев очень простая позиция. Они говорят, что, во-первых, добыча у них сократится и так – естественным путем. Сланцевая нефть США самая дорогая по себестоимости, и при нынешних ценах качать ее бессмысленно. А во-вторых, в стране просто нет механизма ограничения добычи. Качают нефть частные компании, и Белый дом не вправе указывать им, сколько и когда добывать, – объяснил руководитель аналитического управления Фонда национальной энергетической безопасности Александр Пасечник.

ПОЧЕМУ РЫНКИ ОТРЕАГИРОВАЛИ ТАК СЛАБО

Как ни странно, рекордного сокращения добычи оказалось недостаточно, чтобы компенсировать падение спроса. Есть разные оценки, насколько сократилось потребление углеводородов, но в любом случае цифры колоссальные. По оценкам Bloomberg, мир по этому показателю оказался отброшен к уровню 1960-х.

– Предложение на мировом рынке превышает спрос. И даже после того, как «срежут» 10 млн будет превышать, – сказал « КП » экономист Денис Ракша. – Через 2 месяца снова придется договариваться, и какая ситуация тогда будет, никто сказать не может.

Читать еще:  Как посчитать страховку

После распада прошлой сделки ОПЕК+ страны картеля стали стремительными темпами наращивать добычу. Момент, мягко говоря, не самый удачный – спрос на топливо в мире резко упал. В итоге мы увидели, как нефть может стоить меньше, чем затраты на ее добычу, почти до краев наполненные хранилища и прочие вещи, которые раньше казались невозможными. И сейчас непонятно, когда восстановится спрос. Миру, охваченному коронавирусом, просто не нужно столько нефти.

Как ни странно, рекордного сокращения добычи оказалось недостаточно, чтобы компенсировать падение спроса Фото: REUTERS

Ситуация на рынках, от которых многие ждали бурной реакции на фоне новостей из Вены , где проходило заседание ОПЕК+, складывается непростая.

– Рынкам не хватает денег. Многие крупные игроки с началом кризиса, что называется, вышли в кэш – вывели все свои активы в деньги. Сейчас они ожидают, как будет развиваться ситуация, – считает Денис Ракша.

КАК СОКРАЩЕНИЕ ДОБЫЧИ СКАЖЕТСЯ НА РОССИИ

Мы согласились пожертвовать объемами ради повышения цены. Если принятые ОПЕК+ действия не возымеют эффекта, и котировки «черного золота» вырастут незначительно, Россия рискует столкнуться с падением доходов ведущих нефтяных компаний. А это крупнейшие налогоплательщики в бюджет.

По итогам марта наша страна добывала 11,3 млн баррелей в сутки, так что убавится практически пятая часть.

ЧТО БУДЕТ С КУРСОМ РУБЛЯ

С начала апреля национальная валюта стала укрепляться после резкого обвала в марте, когда распалась предыдущая сделка ОПЕК+. Но тут ситуация такая же, как и с нефтью – вроде, и привстали с колен, но до показателей месячной давности пока далеко.

Сейчас доллар стоит меньше 75 рублей, на пике паники «зеленый» пробивал планку в 80 рублей. А ведь в феврале было 63-64.

– Нефть не выросла до 60, и рубль не рванул вверх. Наша национальная валюта намертво привязана к цене «черного золота», – констатировал Денис Рашка.

Все зависит от того, как мир будет поправляться от коронавируса.

Новак о результатах конференции ОПЕК+.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

Почему экспортеры нефти так быстро договорились

Члены ОПЕК++ хотят резко снизить добычу сырья, чтобы остановить свободное падение стоимости черного золота (подробности)

КСТАТИ

Западные аналитики рассчитали, каким будет кризис в России

Кризис из-за коронавируса больно ударит по российской экономике: в лучшем случае ВВП страны сократится на 3,8% по итогам 2020 года, а в худшем падение составит 10,2%. Таков прогноз международной консалтинговой компании McKinsey & Company. (подробности)

Добычу нефти сократят. Что это значит для курса рубля и российской экономики

В четверг состоялось одно из самых ожидаемых событий для российской экономики — заседание ОПЕК+, на котором обсуждался вопрос ограничения на добычу нефти. Стороны смогли найти компромисс и устранить принципиальные разногласия. Добыча нефти будет ограниченна. Лайф разбирался, как это отразится на курсе рубля и российской экономике в целом.

Как только появились новости о том, что Россия и Саудовская Аравия смогли наконец-то договориться о сокращении добычи нефти, марка Brent тут же взлетела в цене. Баррель стал стоить дороже 36 долларов впервые с 11 марта. Это следует из статистики биржи ICE в Лондоне.

Фото © ТАСС / Пётр Ковалёв

Напомним, нефть стала заметно дешеветь в начале марта. В результате резко ослаб курс рубля. Это произошло после того, как 6 марта стало известно, что сделка ОПЕК+ не состоялась и между странами имеются серьёзные разногласия. Предыдущее соглашение об ограничениях на добычу нефти перестало действовать с 1 апреля. С тех пор многократно говорилось о необходимости возобновить переговоры. В четверг удалось устранить принципиальные разногласия между странами. Правда, точные параметры ограничений на данный момент не известны.

— В первую очередь мы обращаем внимание на этот факт, точную информацию об объёмах сокращения можно будет проанализировать лишь по итогам встречи экспортёров в формате G20, — отметил главный аналитик “БКС Премьер” Антон Покатович. — Итоги сегодняшнего заседания в формате ОПЕК+ главным образом призваны дать рынкам соответствующий сигнал, например о наличии компромисса между основными “традиционными” участниками (в лице Саудовской Аравии и РФ).

Тем временем, по словам аналитика, итоговые договорённости по объёмам сокращения, реализуемые альянсом ОПЕК+ и новыми участниками, как и сроки действия данного сокращения, могут существенно меняться в зависимости от обсуждений в формате G20.

— Тот факт, что стороны смогли договориться о сокращении добычи, — хорошая новость для рубля, — объяснил руководитель информационно-аналитического центра “Альпари” Александр Разуваев. — Это значит, что обвала нефти марки Brent до уровня 10–15 долларов за баррель не будет. Цена на нефть продолжит расти.

По прогнозам Александра Разуваева, до конца года чёрное золото подорожает до 50–60 долларов за баррель. При этом уже в следующем году стоимость нефти может достигнуть 80 долларов.

Аналитик считает, что доллар с учётом достигнутой договорённости до конца апреля будет стоить 70–72 рубля. По его оценкам, паника на валютном рынке прошла.

— Сейчас мы видим, что нефтяные цены за весьма короткий период снизились с уровня 36 долларов до отметки около 33–34. Это реакция рынка на различные информационные сообщения со стороны экспортёров, — отметил Антон Покатович. — Как мы видим, она может быть весьма эмоциональной. Рубль также возвращается к уровню 73,7 после укрепления к отметке 73 ранее этим же вечером.

По словам Антона Покатовича, более стабильная динамика нефти и рубля будет понятна лишь по итогам финального обсуждения вопроса сокращения нефтедобычи в формате G20.

Аналитик считает, что, если экспортёры договорятся о сокращении добычи на 15 млн баррелей в сутки и больше, нефть может закрепиться в коридоре 34–38 долларов, а курс рубля будет формироваться в диапазоне 71,5–75 рублей за доллар в ближайшие дни.

— Если инвесторы будут разочарованы действиями экспортёров в виде, например, не столь масштабных объёмов сокращения или отсутствия компромисса как такового, нефть может быстро скорректироваться к уровню 22–27 долларов и продолжить снижение в дальнейшем, — пояснил Антон Покатович. — Рубль в этих условиях вернётся к ослаблению — 76–78 рублей за доллар.

Почему в России падает добыча нефти

Добыча нефти и газового конденсата в России в первом полугодии сократилась на 0,4% по сравнению с показателем шести месяцев 2007 года и составила примерно 242,4 миллиона тонн, говорится в оперативной сводке государственной компании ЦДУ ТЭК. Добыча нефти в России сокращается впервые за последние 10 лет – в последний раз такое было в год российского дефолта.

Однако сокращение добычи в России случилось не «вдруг». Недавние темпы ее роста – по 8% ежегодно – снижались в течение нескольких лет подряд, говорит аналитик «Альфа-Банка» Константин Батунин:

«Сначала происходило просто снижение темпов роста, потом – и абсолютное снижение добычи. В принципе период с 2000-го по 2005-й год можно охарактеризовать как быстрое наращивание абсолютных объемов добычи нефти за счет агрессивных методов извлечения ее из пластов. Но такие методы не могут применяться на одних и тех же месторождениях вечно. И сейчас этот метод применять уже просто не к чему. Чтобы остаться хотя бы на существующем уровне нефтедобычи, компаниям нужно бурить новые скважины, а для этого нужны колоссальные инвестиции. И здесь, как вторую причину, можно назвать достаточно жесткое налогообложение российской нефтяной отрасли, которое не мотивирует компании увеличивать инвестиции».

Экспортная пошлина на нефть составляет в России сегодня половину от ее экспортной цены, соглашается аналитик инвестиционной компании «Проспект» Александр Кузнецов: «Просто-напросто наступил предел по мощностям, введенным еще в советское время. И теперь нефтяная промышленность просто не может производить больше нефти без ввода значительных новых мощностей. На это потребуется время. Ведь на разработку нового месторождения уходит от 5 до 10 лет, чтобы вывести его на пиковую добычу».

Россия уже несколько лет – крупнейший в мире производитель нефти. Чуть отстает от нее по объемам добычи Саудовская Аравия. Но при этом в самой России потребляется половина всего добываемого сырья, а в Саудовской Аравии – лишь четверть. Именно этот разрыв и делает Саудовскую Аравию крупнейшим в мире экспортером нефти.

Более того, в отличие от России и других нефтедобывающих стран, в Саудовской Аравии есть немалые резервные мощности добычи, которые могут быть задействованы в короткие сроки. Наконец, саудовская нефть – одна из самых дешевых в мире, отмечает аналитик инвестиционной компании Oppenheimer Фейдел Гейт:

«Средняя себестоимость добычи одного барреля нефти в мире в целом по индустрии составляет сегодня примерно 15 долларов. В отдельных странах она может быть значительно ниже. Например, в Саудовской Аравии – 5-7 долларов, в России – 5-10 долларов. А в Норвегии и Канаде – 10-15 долларов».

Читать еще:  Как экономить деньги при маленькой зарплате: таблица

Государственная Дума России приняла сегодня во втором чтении закон, который повышает для нефтяных компаний необлагаемый налогом на добычу полезных ископаемых минимум цены на российскую нефть с 9 до 15 долларов за баррель. Получится чуть выше средней по стране себестоимости, говорит Фейдел Гейт:

«Самое трудное сегодня – доступ к природным ресурсам. Например, Саудовская Аравия не разрешает зарубежным компаниям заниматься разведкой новых месторождений на своей территории. То же самое – в Кувейте. Россия также ограничивает доступ международных компаний к своим ресурсам. Страны-экспортеры нефти считают, что для них сегодня лучше сохранять ресурсы в земле, не спеша добывать их и продавать. Они и так получают огромные доходы. В итоге баланс спроса и предложения нефти на мировом рынке оказался весьма напряженным, что и привело к небывалому росту цен».

По прогнозам Международного энергетического агентства, в ближайшие пять лет рост внутреннего спроса на нефть в России будет опережать рост ее добычи. При этом энергоемкость российской экономики, то есть затраты энергии на единицу ВПП, – одна из самых высоких в мире.

В Москве сегодня проходит Конгресс национального бизнеса. Выступая на нем, председатель Государственной Думы Борис Грызлов заявил, что к 2020 году России необходимо сократить энергоемкость экономики вдвое. Если это сбудется, Россия по этому показателю через 12 лет достигнет сегодняшнего уровня Китая.

Остановить скважины: описано сокращение добычи нефти в России

На возобновление может уйти до полугода

14.04.2020 в 17:02, просмотров: 16649

После того, как министры ОПЕК+ ударили по рукам, болезненного процесса сокращения добычи нефти нам не избежать: российская квота на урезание самая большая – 2,4 млн баррелей в сутки. О том, что значит “остановить скважину” и сколько времени уйдет потом на восстановление, мы узнали у доктора технических наук, автора книг по нефтегазовому делу, профессора РУДН Владимира Тетельмина.

– Есть ли понимание того, сколько действующих нефтяных скважин после подписания сделки ОПЕК+ придется консервировать России?

– Соглашение об ограничении производства в рамках ОПЕК+ с учетом не входящих в альянс стран позволяет сократить число консервируемых скважин в нашей стране до 18 тыс единиц. Если брать только низкодебитные (дебит – объем добычи за единицу времени – “МК”) скважины, то падение общей добычи в России составит от 6,5 до 13 млн тонн нефти. В будущем году нашей стране в рамках нынешних международных условий придется законсервировать около 14 тысяч скважин.

– Насколько подобный масштаб закрытия болезненно отразится на рынке?

– Средняя производительность российских скважин – 5 тонн в сутки. Если консервировать старые, советские низкорентабельные объекты, то пришлось бы закрывать чуть ли не половину всех имеющихся скважин (по разным оценкам, всего их от 140 тыс до 160 тыс – “МК”.). Речь о скважинах, дебит которых составляет всего 1-2 тонны в день. Их фактически приходиться поддерживать искусственно. Вдохнуть в них вторую жизнь поможет только капитальный ремонт. Новые, «свежие» высокодебитные скважины закрывать нерационально.

– В чем заключается смысл консервации скважины?

– В России эксплуатируется достаточно большое количество скважин в так называемом режиме «растворенного газа». Пластовое давление в таких скважинах упало ниже точки насыщения, и они являются первыми кандидатами на консервацию.

Предварительно готовится проект консервации скважин, который должен быть одобрен надзорным органом. Процесс консервации достаточно длительный. Не случайно горели нефтяные скважины в Кувейте и Ираке, когда в конце 1990-х годов там начинали возникать военные конфликты. Пожары на сотнях скважин произошли потому, что из-за форс-мажора их не успели заглушить.

Обычно консервация добывающих скважин осуществляется с учетом возможности дальнейшей разработки. Консервацию используют в следующих случаях: либо нарушаются нормы безопасности и возникает аварийная ситуация; либо скважина становится нерентабельной из-за малого дебита. Или из-за изменения цены на нефть.

Порядок консервации скважин на период до года такой: из скважины поднимается на поверхность рабочее оборудование; ствол скважины промывают и очищают; потом заполняют тяжелым раствором, противодействующим пластовому давлению.

При длительной консервации в скважинах над перфорированным участком выше кровли пласта создают цементные мосты. Остальная часть обсадной колонны (конструкция для крепления буровых скважин – Н.М.) заполняется нефтью или дизельным топливом. С задвижек устьевой арматуры снимают штурвалы, на фланцы ставят заглушки, манометры герметизируются. Дважды в год состояние скважин проверяют.

– А как потом расконсервируют скважину?

– Расконсервация и пуск в эксплуатацию может длиться несколько месяцев. Особенно долог процесс повторного вызова притока нефти. Бывает, скважина начинает давать нефть только через полгода.

После расконсервации скважина может «забыть» о том, что была в эксплуатации. Нефть обладает такими качествами, которые называют «реологические свойства». То есть она обладает своеобразной памятью. Если остановить добычу, нефть осаждается в порах и привести ее «в движение» впоследствии становится затратно: это требует использования современных технологий.

– Чем отличается от нашего технологический процесс консервации сланцевых месторождений в США?

– Технологии примерно одинаковые и уже давно отработаны. Другое дело, что сланцевая нефть — это особенный сорт углеводородов. Ее добыча сопряжена с крайне низкой пористостью сырьевых пластов, что затрудняет добычу.

Для повышения отдачи американцы применяют метод, который называется гидроразрыв пласта. Он сопряжен с закачкой тысяч тонн специальной жидкости под высоким напором. Создаются ходы для нефти. Пласт становится проницаемым и по образовавшимся трещинам «черное золото» подходит к скважине.

Эта технология активно отрабатывается последние 20-30 лет. Ее применение позволило американцам вырваться на первые позиции среди добывающих стран мира. Себестоимость такой добычи обходится недешево — $30-40, а иной раз и $50 за баррель. При нынешних ценах такое сырье не выдерживает конкуренции с традиционной нефтью. Себестоимость добычи «черного золота» на Северном море или в Мексике не выходит за рамки $10-12.

Возможныех вариантов сочетания факторов геологического и технологического характера, необходимых для определения «восстановления здоровья» скважины, тут несколько тысяч. Выбрать оптимальный – крайне сложно.

– Некоторые авторитетные представители отрасли ссылаются на технологические особенности разных добывающих регионов мира. Если в Саудовской Аравии для снижения добычи достаточно лишь «перекрыть задвижку», то в России остановка производства может привести к краху проекта – и необходимости дополнительных работ, сопоставимых с теми, которые уже были сделаны при вводе месторождения в промышленную эксплуатацию. Что делает наши потенциальные потери гораздо более высокими. Это действительно так?

– Не совсем. Понятие «перекрыть задвижку» — весьма условное. Оно тоже требует множества технологических операций.

Конечно, добыча на низкорентабельных объектах в России может быть прекращена полностью или же приостановлена до «лучших времен». Но скважины, производительность которых находится на допустимом по себестоимости уровне, технологически можно варьировать с помощью штуцера, через который поступает сырье. Сужая его отверстие, можно изменять объемы производства углеводородов.

Такая технология широко применяется по всему миру – не только в Саудовской Аравии, но и в России. Снижая добычу, все участники сделки будут использовать максимум допустимых способов для сокращения производства и сохранения сырьевого фонда. Каждый собирается оставить за собой возможность при случае оперативно увеличить производство, если спрос на рынке вырастет.

– Так все–таки: экономические потери нефтяной отрасли России в результате сделки ОПЕК+ будут выше, чем у наших основных конкурентов – саудитов и американцев – или нет?

– В России коэффициент извлечения нефти, то есть отношение между объемом извлекаемых и объемом геологических запасов, минимальный по сравнению с другими странами. Зачастую производителю приходится довольствоваться всего 30% извлеченных запасов, которые содержит нефтяной пласт, а остальные 70% ресурса остаются в недрах.

Необходимо стремиться к использованию новых технологий, позволяющих повысить отдачу скважины после ее реабилитации. Американские производители научились извлекать до 50% ресурсов месторождения.

Нельзя упускать из виду, что наши основные зарубежные конкуренты заранее обладают преимуществом перед Россией. В нашей стране максимальный дебит (объем добычи в единицу времени – Н.М.) новой скважины не превышает 200-300 т в день. В свою очередь, в Саудовской Аравии большинство новых скважин способны выдавать до 700-750 т в сутки.

Эр-Рияд располагает примерно двумя тысячами высокодебитных скважин, тогда как России, чтобы добиться аналогичных производственных результатов, приходится эксплуатировать более 100 тыс. скважин, а США вынуждены задействовать свыше 500 тыс скважин. Саудовской Аравии гораздо дешевле наблюдать за небольшим количеством высокодебитных скважин, нежели России и США вести контроль над сотнями тысяч малодебитных нефтяных скважин.

Если же давать какую-то обобщающую оценку российских потерь, то в результате всех происходящих флуктуаций цен на рынке нефти российский бюджет может не досчитаться в текущем году до 30 млрд долларов.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector